GULLIVER'S TRAVELS SECTION B

Глава 09

На другое утро перед домом Гулливера выстроились войска, собрались придворные. Приехал и сам император со свитой и министрами.

В этот день Гулливер должен был отдать императору Лилипутии своё оружие.

Один чиновник громко читал опись, а другой бегал по Гулливеру из кармана в карман и показывал ему, какие вещи нужно доставать.

- Кусок грубого холста! - прокричал чиновник, читавший опись.

Гулливер положил на землю свой носовой платок.

- Серебряный сундук!

Гулливер вынул из кармана табакерку.

Chapter 09
The next morning the troops put Gulliver up before [his] home, the courtiers gathered. Even the emperor arrived with [his] retinue and ministers.
That day Gulliver was to give his weapon over to the emperor of Liliput.
One official loudly read the inventory, and another ran about Gulliver from pocket to pocket and showed him what things must be gotten.
"A piece of the crude cloth!" shouted the official reading the inventory.
Guliver laid his handkerchief on the ground.
"Silver trunk!"
Gulliver drew the snuffbox out of [his] pocket.

- Кипа гладких белых листов, прошитых верёвками!

Гулливер положил рядом с табакеркой свою записную книжку.

- Длинный предмет, похожий на садовую решётку. Гулливер достал гребешок.

- Кожаный пояс, меч, двойной мешок с металлическими шарами в одном отделении и чёрными зёрнами - в другом!

Гулливер отстегнул пояс и опустил его на землю вместе со своим кортиком и мешочком, в котором лежали пули и порох.

- Машина из железа и дерева! Рыболовная сеть с круглыми предметами из меди, серебра и золота! Огромный нож! Круглый металлический ящик!

"A pile of smooth white sheets sewn through with ropes.
Gulliver laid out his notebook along side of the snuffbox.
"A long object similar to a garden grill."
Gulliver got [his] comb out.
"Leather belt, sword, double bag with metal balls in one section and black grain in the other!"
Gulliver unbuckled his belt and lowered it to the ground together with his dagger and bag in which lay bullets and powder.
"The machine of iron and wood! The fishnet with round objects of copper, silver and gold!. The huge knife! The round metal box!

Гулливер вытащил пистолет, кошелёк с монетами, карманный ножик и часы. Император прежде всего осмотрел нож и кортик, а потом приказал Гулливеру показать, как стреляют из пистолета.

Гулливер послушался. Он зарядил пистолет одним только порохом - порох у него в пороховнице остался совершенно сухим, потому что крышка завинчивалась наглухо, - поднял пистолет и выстрелил в воздух.

Раздался оглушительный грохот. Множество людей упало в обморок, а император побледнел, закрыл лицо руками и долго не решался открыть глаза.

Когда дым рассеялся и все успокоились, повелитель Лилипутии приказал увезти в арсенал нож, кортик и пистолет.

Остальные вещи Гулливеру отдали обратно.

Gulliver dragged out the pistol, the purse with the coins, the handkerchief and watch. The emperor first examined the knife and dagger, and then ordered Gulliver to show how to shoot the pistol.
Gulliver obeyed. He loaded the pistol only with some powder. - the powder in his power box stayed completely dry because the top was screwed down tightly., - he raised the pistol and shot into the air.
A defining crash sound was given off. A multitude of people fainted, and the emperor became pail, hid [his] face with [his] arms and decided not to open [his] eyes for a long time.
When the smoke dissipated and everyone calmed down the commander of Liliput ordered the knife, dagger and pistol be carried off to the arsenal.
The remaining things were given back to Gulliver.


Глава 10

Целых полгода прожил Гулливер в плену.

Шестеро самых знаменитых учёных каждый день приходили в замок учить его лилипутскому языку.

Через три недели он стал хорошо понимать, что говорят вокруг, а месяца через два и сам научился разговаривать с жителями Лилипутии.

На первых же уроках Гулливер затвердил одну фразу, которая нужна была ему больше всего: "Ваше величество, я умоляю вас отпустить меня на свободу".

Каждый день на коленях повторял он эти слова императору, но император отвечал всегда одно и то же:

Chapter 10
Gulliver lived in captivity for a whole year and a half.
Six of the very famous scientists came to the castle every day to teach him the language of Liliput.
In three weeks he began to understand well what was spoken thereabouts, and in two months he himself learned to converse with the Liliput inhabitants.
At the very first lessons Gulliver memorized a certain phrase which he needed most of all: "Your highness, I beg you to set me free."
Every day on his knees he repeated these words to the emperor, but the emperor always gave the same answer:

- Люмоз кельмин пессо десмар лон эмпозо! Это значит: "Я не могу освободить тебя, пока ты не поклянёшься мне жить в мире со мной и со всей моей империей".

Гулливер готов был в любую минуту дат1> клятву, которую от него требовали. Он вовсе и не собирался воевать с маленькими человечками. Но император откладывал церемонию торжественной клятвы со дня на день.

Мало-помалу лилипуты привыкли к Гулливеру и перестали его бояться.

Часто по вечерам он ложился на землю перед своим замком и позволял пятерым или шестерым человечкам плясать у себя на ладони.

Дети из Мильдендо приходили играть в прятки у него в волосах.

"Lyumos kelmin pesso desmar lon emposo!
This means: "I cannot set you free, because you will not implore me to live in the world with me and with all my empire.
Gulliver was ready at any time to swear what was demanded of him. He did not intend at all to make war with the little people. But the emperor kept postponing from day to day the ceremony of the solemn oath.
Little by little the Liliput people became used to Gulliver and stopped being afraid of him.
Often in the evenings he would lie on the ground before his castle and allow five or six little people to dance on his palm.
The children came out from Mildendo to play hide and seek in his hair.

И даже лилипутские лошади больше не храпели и не становились на дыбы, когда видели Гулливера.

Император нарочно приказал как можно чаще устраивать конные учёнья перед старым замком, чтобы приучить коней своей гвардии к живой горе.

По утрам всех лошадей из полковых и собственных императорских конюшен проводили мимо ног Гулливера.

Кавалеристы заставляли своих коней перескакивать через его руку, опущенную на землю, а один удалой наездник перескочил даже как-то раз через его ногу, закованную в цепь.

And even the Liliput horses no longer snorted and rear up when [they] saw Gulliver.
The emperor intentionally ordered that as often as possible the riding exercises be arranged before the old castle so that the horses of the guard be used to the live mountain.
Every morning all the horses from the regimental and from the personal imperial stables were conducted past Gulliver's feet.
The cavalrymen forced their horses to gallop through his hand which was lowered to the ground, but one dashing rider galloped somehow even through his foot forged in a chain.

Гулливер всё ещё сидел на цепи. От скуки он решил приняться за работу и сам смастерил для себя стол, стулья и кровать.

Для этого ему привезли около тысячи самых больших и толстых деревьев из императорских лесов.

А постель для Гулливера изготовили лучшие местные мастера. Они принесли в замок шестьсот матрацев обыкновенной, лилипутской величины. По сто пятьдесят штук сшили они вместе и сделали четыре больших матраца в рост Гулливера. Их положили один на другой, но всё-таки Гулливеру было жёстко спать.

Таким же способом сделали для него одеяло и простыни.

Одеяло вышло тонкое и не очень тёплое. Но Гулливер был моряк и не боялся простуды.

Still Gulliver stayed in chains. Out of boredom he decided to undertake [some] work and by himself fashioned for himself a table, [some] chairs and a bed.
For this about a thousand of the largest and thickest trees from the imperial forests were brought to him.
And the best local masters prepared a bed for Gulliver. They brought into the castle six hundred mattresses of the usual Liliput size. They sewed together one hundred fifty pieces and made four large mattresses for the size of Gulliver. They placed one on another, but Gulliver slept soundly anyway.
In the same way a blanket and sheets were made for him.
It turned out that the blanket was thin and not very warm. But Gulliver was a sailor and did not fear colds.

Обед, ужин и завтрак для Гулливера стряпали триста поваров. Для этого им построили возле замка целую кухонную улицу - по правой стороне шли кухни, а по левую жили повара со своими семьями.

За столом обычно прислуживало не больше ста двадцати лилипутов.

Двадцать человечков Гулливер брал в руку и ставил прямо к себе на стол. Остальные сто работали внизу. Одни подвозили кушанья в тачках или подносили на носилках, другие подкатывали к ножке стола бочки с вином.

Three hundred cooks cooked up dinner, supper and breakfast for Gulliver. For this they crated along side the castle an entire culinary street - on the right side were the kitchens and on the left lived the cooks with their families.
No more than one hundred twenty Liliput people waited on tables.
Gulliver took twenty little people into [his]hand and placed [them] on his table. The remaining hundred worked below. Some brought food in wheelbarrows or carried [it] on litters, others rolled barrels of wine to the table legs.

Со стола вниз были протянуты прочные верёвки, и человечки, которые стояли на столе, с помощью особых блоков втягивали кушанья наверх.

Каждый день на рассвете к старому замку пригоняли целое стадо скота - шесть быков, сорок баранов и много всякой мелкой живности.

Жареных быков и баранов Гулливеру приходилось обычно разрезать на две или даже на три части. Индеек и гусей он отправлял в рот целиком, не разрезая, а мелкую птицу - куропаток, бекасов, рябчиков-глотал по десяти, а то и по пятнадцати штук зараз.

Durable ropes were extended downwards from the table and the little people who stood on the table, with the help of special block and tackle drew up the food.
Every day at dawn a whole heard of cattle were driven to the old castle - six bulls, forty rams and many various fine poultry.
Usually Gulliver had to cut fried bulls and rams into two or even three parts. He directed into his mouth turkeys and geese whole, without cutting [them], and fine poultry - partridge, snipe, grouse - were swallowed by the tens, and that taken by fifteen all in one fell swoop.

Когда Гулливер ел, толпы лилипутов стояли вокруг и смотрели на него. Один раз даже сам император в сопровождении императрицы, принцев, принцесс и всей свиты приехал поглядеть на такое диковинное зрелище.

Гулливер поставил кресла знатных гостей на стол против своего прибора и выпил за здоровье императора, императрицы и всех принцев и принцесс по очереди. Он ел в этот день даже больше обычного, чтобы удивить и позабавить своих гостей, но обед показался ему не таким вкусным, как всегда. Он заметил, какими испуганными и злыми глазами смотрел в его сторону государственный казначей Флимнап.

When Gulliver was eating crowds of the Liliput people stood around and watched him. Once even the emperor accompanied by the empress, princes, princesses and the entire retinue came to look at such a strange sight.
Gulliver placed the chairs of the noble guests on the table opposite his place setting and drank in turn to the health of the emperor, the empress and all the princes and princesses. On that day he ate even more than usual to surprise and amuse his guests, but dinner seemed to him not [to be] so delicious, as usual. He noticed with what frightened and angry eyes the state treasurer Flimnap looked in his direction.

И в самом деле, на другой день казначей Флимнап сделал доклад императору. Он сказал:

- Горы, ваше величество, тем и хороши, что они не живые, а мёртвые, и поэтому их не надо кормить. Если же какая-нибудь гора оживет и потребует, чтобы её кормили, благоразумнее сделать её опять мёртвой, чем подавать ей каждый день завтрак, обед и ужин.

Император благосклонно выслушал Флимнапа, но не согласился с ним.

- Не торопитесь, дорогой Флимнап, - сказал он. - Всё в своё время.

Гулливер ничего не знал об этом разговоре. Он сидел возле замка, беседовал со знакомыми лилипутами и с грустью рассматривал большую дыру на рукаве своего кафтана.

And in fact the next day treasurer Flimnap made a report to the emperor. He said,
"Your majesty, it is well and good that the mountains are not alive, but dead, and therefore it is not necessary to feed them. If any mountain comes alive and demands that he be fed, it would be more prudent to make it again dead than to serve it every day breakfast, dinner and supper."
The emperor kindly heard Flimnap out but did not agree with him.
"Don't hurry, dear Flimnap," he said. " Everything in its time."
Gulliver knew nothing of this conversation. He sat along side the castle, conversing with Liliput people whom he knew and with sadness considered the big hole in the sleeve of his caftan.

Уже много месяцев он, не меняя, носил одну и ту же рубашку, один и тот же кафтан и жилет и с тревогой думал о том, что очень скоро они превратятся в лохмотья.

Он попросил выдать ему какой-нибудь материи потолще на заплатки, но вместо этого к нему явились триста портных. Портные велели Гулливеру опуститься на колени и приставили к его спине длинную лестницу.

По этой лестнице старший портной добрался до его шеи и спустил оттуда, от затылка до полу, верёвку с грузом на конце. Такой длины нужно было сшить кафтан.

Without changing [it] for many months he wore the same shirt, the same caftan and vest and anxiously thought about the fact that very soon they will become tatters.
He requested that he be given some any kind of material a little thicker for patches, but instead of this there appeared near him three hundred tailors. The tailors ordered Gulliver to get on his knees and they placed a long ladder at his back.
Along this ladder the elder tailor reached his neck and lowered from there, from the back of the neck to the edge of [his] garment a rope with a weight at the end. Such length was needed to sew a caftan.

Рукава и талию Гулливер измерил сам.

Через две недели новый костюм для Гулливера был готов. Он удался на славу, но был похож на лоскутное одеяло, потому что его пришлось сшить из нескольких тысяч кусков материи.

Рубашку для Гулливера изготовили двести белошвеек. Для этого они взяли самое прочное и грубое полотно, какое только могли достать, но даже его им пришлось сложить в несколько раз, а потом простегать, потому что самый толстый парусный холст в Лилипутии не толще нашей кисеи. Куски этого лилипутского полотна бывают обыкновенно длиной в страницу из школьной тетрадки, а шириной - в полстраницы.

He himself measured Gulliver's sleeves and waist .
In two weeks a new suit was ready for Gulliver. It was a marvelous success, but was like a patchwork quilt, because it was necessary to sew it out of several thousands of pieces of material..
Two hundred seamstresses prepared the shirt for Gulliver. For this they took the most durable and crude cloth which only they could get, but even they had to put it together several times and then quilt [it together], because the thickest sail cloth in Liliput was no thicker than our muslin. The pieces of this Liliput cloth was usually about the length of a page out of a school notebook, and of a width of half a page.

Белошвейки сняли с Гулливера мерку, когда он лежал в постели. Одна из них стала ему на шею, другая на колено. Они взяли за концы длинную верёвку и туго натянули её, а третья швея маленькой линеечкой измерила длину этой верёвки.

Гулливер разостлал на полу свою старую рубаху и показал её белошвейкам. Они несколько дней осматривали рукава, воротник и складки на груди, а потом в одну неделю очень аккуратно сшили рубашку точно такого же фасона.

The seamstresses took Gulliver's measurements when he was lying in bed. One of them stood on his neck, another on his knee. They grasped the ends of a long rope and drew it tight, and a third seamstress measured the length of this rope with a little ruler.
Gulliver laid out on the floor his old shirt and showed it to the seamstresses. For several days they examined the sleeves, collar and folds on the chest, and then in one week very neatly they sewed a shirt of exactly the same style.

Гулливер был очень рад. Он мог наконец с ног до головы одеться во всё чистое и целое.

Теперь ему не хватало только шляпы. Но тут его выручил счастливый случай.

Однажды к императорскому двору прибыл гонец с известием, что недалеко от того места, где был найден Человек-Гора, пастухи заметили огромный чёрный предмет с круглым горбом посередине и с широкими плоскими краями.

Сначала местные жители приняли его за морское животное, выброшенное волнами. Но так как горбун лежал совершенно неподвижно и не дышал, то они догадались, что это какая-то вещь, принадлежащая Человеку-Горе. Если его императорское величество прикажет, эту вещь можно доставить в Мильдендо всего на пяти лошадях.

Gulliver was very glad. Finally he could be clothed from head to foot in everything clean and whole.
Now he lacked only a hat. But here good fortune helped him out.
Once a messenger came to the imperial court with the news that not far from the place where the Man-Mountain was found herders noticed a huge black object with a round hump in the middle and with wide flat edges.
At first the local inhabitants assumed it was a sea animal thrown out by the waves. But since the humpback lay completely immobile and did not breathe they guessed that this [was] some sort of thing belonging to the Man-Mountain. If his imperial highness gives the order this thing could be brought to Mildendo with just five horses.

Император согласился, и через несколько дней пастухи привезли Гулливеру его старую чёрную шляпу, потерянную на отмели.

В пути она порядком попортилась, потому что возчики пробили в её полях две дыры и всю дорогу волокли шляпу на длинных верёвках. Но всё-таки это была шляпа, и Гулливер надел её на голову.

The emperor agreed and in several days the herders brought to Gulliver his old black hat lost on the bank.
En route it was somewhat damaged because the carriers put two holes in its brim and for the entire road dragged the hat on long ropes. But nevertheless it was a hat and Gulliver put it on [his] head.


Глава 11

Желая угодить императору и поскорее получить свободу, Гулливёр выдумал необыкновенную забаву. Он попросил привезти ему из лесу несколько деревьев потолще и побольше.

На другой день семь возчиков на семи телегах доставили ему брёвна. Каждую телегу тянуло восемь лошадей, хотя бревна были толщиной с обыкновенную тросточку.

Гулливер выбрал девять одинаковых тросточек и вбил их в землю, расположив правильным четырехугольником.

На эти тросточки он туго-натуго, как на барабан, натянул свой носовой платок.

Chapter 11
Wishing please the emperor and to be set free a little more quickly Gulliver came up with an unusual piece of entertainment. He requested that he be brought from the forest several trees that were a little thicker and larger.
The next day seven carriers on seven carts delivered the logs to him. Each cart was drawn by eight horses although the logs were of a thickness of a common walking cane.
Gulliver selected nine identical logs and drove them into the g round making out a regular quadrilateral.
On these logs he tightly as on a drum stretched his handkerchief.

Получилась ровная, гладкая площадка. Вокруг нее Гулливер поставил перильца и предложил императору устроить на этой площадке военное состязание.

Императору очень понравилась эта затея.

Он приказал, чтобы двадцать четыре лучших кавалериста в полном вооружении отправились к старому замку, и сам поехал смотреть на их состязания.

Гулливер по очереди поднял всех кавалеристов вместе с лошадьми и поставил их на площадку.

Трубы затрубили. Всадники разделились на два отряда и начали военные действия. Они осыпали друг друга тупыми стрелами, кололи своих противников тупыми копьями, отступали и нападали.

An even smooth square was made.
Around it Gulliver placed railings and offered the emperor to arrange military competitions on this square.
The emperor was very pleased with this undertaking.
He ordered twenty four of the best cavalrymen in full armament to go to the old castle and he himself went to see their competitions.
Gulliver in turn raised all of the cavalrymen together with the horses and placed them on the square.
Trumpets sounded. Horsemen separated into two detachments and began military exercises. They showered each other with blunted arrows, pricked their opponents with blunted spears, yielded and fell.

Император остался так доволен военной потехой, что стал устраивать её каждый день.

Один раз он даже сам командовал атакой на носовом платке Гулливера.

Гулливер держал в это время на ладони кресло, в котором сидела императрица. Отсюда ей было лучше видно, что делается на платке.

Всё шло хорошо. Только раз, во время пятнадцатых манёвров, горячая лошадь одного офицера пробила копытом платок, споткнулась и опрокинула своего седока.

The emperor remained so pleased with the military fun thing that [he] began to arrange it every day.
One time he himself even commanded an attack on Gulliver's handkerchief.
During this time Gulliver held in his palm a chair in which the empress sat. From here she got a better view of what was happening on the handkerchief.
Everything went along well. Only once during the fifteen maneuvers an overheated horse of one of the officers broke through the handkerchief with [his] hoof [and] stumbled and dislodged his rider.

Гулливер прикрыл левой рукой дыру в платке, а правой осторожно спустил на землю всех кавалеристов одного за другим.

После этого он аккуратно заштопал платок, но, уже не надеясь на его прочность, не решался больше устраивать на нём военные игры.

Gulliver partially covered the hole in the cloth with [his] left hand and with the right carefully lowered to the ground all cavalrymen, one after another.
Afterwards he neatly darned the cloth, but no longer relying on its durability decided no longer to arrange for military games on it.


Глава 12

Император не остался в долгу у Гулливера. Он, в свою очередь, решил позабавить Куинбуса Флестрина интересным зрелищем.

Однажды под вечер Гулливер по обыкновению сидел на пороге своего замка.

Вдруг ворота Мильдендо отворились, и оттуда выехал целый поезд: впереди на коне император, за ним - министры, придворные и гвардейцы. Все они направились по дороге, которая вела к замку.

В Лилипутии существует такой обычай. Когда какой-нибудь министр умирает или получает отставку, пять или шесть лилипутов обращаются к императору с просьбой о том, чтобы он разрешил им повеселить его пляской на канате.

Chapter 12
The emperor did not remain indebted to Gulliver. He, in turn, decided to entertain Kuinbus Flestrin with an interesting spectacle.
Once toward evening Gulliver as usual sat on the threshold of his castle.
Suddenly the gates of Mildendo opened and out of there came an entire train: at the head on a stallion was the emperor; behind him [were] ministers, couriers and guardsmen. All of them went along the road which led to the castle.
The following custom exists in Liliput. When any minister dies or retires five or six Liliput people make a request to the emperor that he allow them to make him happy with a dance on a cable.

Во дворце, в главной зале, натягивают как можно туже и выше канат не толще обыкновенной нитки для шитья.

После этого начинаются Аляски и прыжки.

Тот, кто подпрыгнет на канате выше всех и ни разу не упадёт, занимает освободившееся министерское место.

Иногда император заставляет всех своих министров и придворных плясать на канате вместе с новичками, чтобы проверить ловкость людей, которые правят страной.

Говорят, что во время этих развлечений часто бывают несчастные случаи. Министры и новички падают с каната кувырком и ломают себе шею.

In the court in the main hall they stretch out as tight and high as possible a cable with thickness not more than the usual thread for sewing.
Afterwards there began dancing and jumping.
He who jumped on the cable higher than anyone else and not once fell would occupy the vacated ministerial post.
Sometimes the emperor had all of his ministers and courtiers dance on the cable together with novices in order to test the dexterity of the people who govern the country.
It was said that during these amusements there often were accidents. The ministers and novices fell from head over heels from the cable and broke their necks.

Но на этот раз император решил устроить канатные пляски не во дворце, а под открытым небом, перед замком Гулливера. Ему хотелось удивить Человека-Гору искусством своих министров.

Самым лучшим прыгуном оказался государственный казначей Флимнап. Он подпрыгнул выше всех остальных придворных по крайней мере на полголовы.

Даже государственный секретарь Рельдрессель, знаменитый в Лилипутии своим уменьем кувыркаться и прыгать, не мог его перещеголять.

Потом императору подали длинную палку. Он взял её за один конец и стал быстро поднимать и опускать.

But this time the emperor decided to have cable dances not in the court but under the open sky before Gulliver's castle. He wanted to amaze the Man-Mountain with the art of his ministers.
The very best jumper turned out to be the governmental treasurer Flimnam. He jumped higher than all the other courtiers at least by half a head.
Even the secretary of state Reldressel, famous in Liliput for his ability to do somersaults and jump, could not outdo him.
Then the emperor was given a long stick. He took it by one end and began to raise and lower [it] quickly.

Министры приготовились к состязанию, которое было потруднее пляски на канате. Надо было успеть перепрыгнуть через палку, как только она опустится, и пролезть под ней на четвереньках, как только она поднимется.

Лучшие прыгуны и пролазы получили от императора в награду синюю, красную или зелёную нитку для ношения вокруг пояса.

Первый пролаза - Флимнап - получил синюю нитку, второй - Рельдрессель - красную, а третий - Скайреш Болголам - зелёную.

Гулливер смотрел на всё это и удивлялся странным придворным обычаям лилипутской империи.

The ministers prepared for the competition which was a little more difficult than dancing on the cable. It was necessary to manage to jump across the stick as soon as it lowered and crawl under it on all fours as soon as it raised.
The best jumpers and sneaky people received from the emperor as a reward a blue read and green thread for wearing around the waist.
The first sneaky person - Flimnap - received a blue, the second - Reldressel - red and third - Skairesh Bolgolam - green.
Gulliver looked at all this and was amazed with the strange court customs of the Liliput empire.


Глава 13

Придворные игры и праздники устраивались чуть ли не каждый день, а всё-таки Гулливеру было очень скучно сидеть на цепи. Он то и дело подавал прошения императору о том, чтобы его освободили и позволили ему свободно разгуливать по стране.

Наконец император решил уступить его просьбам.

Напрасно адмирал Скайреш Болголам, злейший враг Гулливера, настаивал на том, что Куинбуса Флестрина следует не освободить, а казнить.

Так как Лилипутия готовилась в это время к войне, никто не согласился с Болголамом. Все надеялись, что Человек-Гора защитит Мильдендо, если на город нападут враги.

Chapter 13
The courtly games and holidays were held almost every day, but in spite of that for Gulliver it was very boring to sit in chains. Continually he asked the emperor to free him and give him freedom to wander about the country.
Finally the emperor decided to grant his requests.
In vain did admiral Skairesh Bolgolamz, the worst enemy of Gulliver, insisted that Kuinbus Flestrin should not be freed but be executed.
Since Liliput was preparing for war at this time no one agreed with Bolgolam. Everyone was hoping that the Man-Mountain would defend Mildendo if enemies would attack the city.

В тайном совете прочитали прошения Гулливера и решили отпустить его на свободу, если он даст клятву соблюдать все правила, которые будут ему объявлены.

Правила эти были записаны самыми крупными буквами на длинном свитке пергамента.

Наверху был императорский герб, а внизу большая государственная печать Лилипутии.

Вот что было написано между гербом и печатью: "Мы, Гольбасто Момарен Эвлем Гердайло Шефин Молли Олли Гой, могущественный император великой Лилипутии, отрада и ужас вселенной,

In privy council the Gulliver's requests were read and it was decided to set him free if he would give an oath to observe all rules which would be declared to him.
These rules were written down in the largest letters on a long parchment scroll.
Above was the imperial coat of arms, and below a large governmental seal of Liliput.
Here is what was written between the coat of arms and the seal:
"We, Golbasto Momaren Evlem Gerdailo Shefin Molli Olli Goi, "most mighty emperor of the great Liliput, of detachment and terror of the universe,

самый мудрый, самый сильный и самый высокий из всех царей мира,

чьи ноги упираются в сердце земли, а глава достигает солнца,

чей взгляд приводит в трепет всех земных царей,

прекрасный, как весна, благостный, как лето, щедрый, как осень, и грозный, как зима,

высочайше повелеваем освободить Человека-Гору от цепей, если он даст нам клятву исполнять всё, что мы от него потребуем, - а именно:

во-первых, Человек-Гора не имеет права выезжать за пределы Лилипутии, пока не получит от нас разрешения с нашей собственноручной подписью и большой печатью;

"the wisest, strongest and highest of all rulers of the world,
"whose feet are planted firmly on the heart of the earth and head reaches the sun,
"whose look brings all earthly rulers into quivering,
"excellent like the spring, serene like the summer, generous like fall and threatening like the winter,
"in the highest [we] command the freedom of the Man-Mountain from chains if he will give us an oath to do all that we demand of him, namely:
"first, the Man-Mountain has no right to go beyond the limits of Liliput until [he] has received from up permission with our own written signature and in large print;

во-вторых, он не должен входить в нашу столицу, не предупредив о том городские власти, а предупредив, должен два часа ждать у главных ворот, дабы все жители успели спрятаться в дома;

в-третьих, ему разрешается гулять только по большим дорогам и запрещается топтать леса, луга и поля;

в-четвёртых, во время прогулок он обязан внимательно смотреть себе под ноги, чтобы не раздавить кого-нибудь из наших любезных подданных, а также их лошадей с каретами и телегами, их коров, овец и собак;

"second, he must not enter into our capital city without warning municipal authorities about that, and having warned, [he] must wait at the main gate two hours so that all city people have had time to hid in [their] homes;
"third, he is permitted to walk only along the large roads and is forbidden to trample forests, meadows and fields;
"fourth, during walks he must look attentively under his feet [so as] not to crush any of our dear subjects and their horses with carriages and carts, their cows, sheep and dogs;

в-пятых, ему строго запрещается брать в руки и сажать к себе в карманы жителей нашей великой Лилипутии без их на то согласия и разрешения;

в-шестых, если нашему императорскому величеству потребуется послать куда-либо спешную весть или приказ, Человек-Гора обязуется доставить нашего гонца вместе с его лошадью и пакетом до указанного места и принести назад в целости и сохранности;

в-седьмых, он обещает быть нашим союзником в случае войны с враждебным нам островом Блефуску и употребить все усилия на то, чтобы уничтожить неприятельский флот, который угрожает нашим берегам;

"fifth, he is strictly forbidden to take by hand and place into his pockets inhabitants of our great Liliput without their consent and permission for this;
"sixth, if our imperial majesty needs to send anywhere an urgent message or order, the Man-Mountain must deliver our messenger with his horse and package to [their] destination and bring [them] back safe and sound;
"seventh, he promises to be our ally in case of war with the island Blefusku that is hostile to us, and use all force to annihilate the enemy fleet which threatens our shores;

в-восьмых, Человек-Гора обязан в свободные часы оказывать помощь нашим подданным на всех строительных и прочих работах: поднимать самые тяжёлые камни при сооружении стены главного парка, рыть глубокие колодцы и рвы, выкорчёвывать леса и протаптывать дороги;

в-девятых, мы поручаем Человеку-Горе измерить шагами всю нашу империю вдоль и поперёк и, сосчитав число шагов, доложить об этом нам или нашему государственному секретарю. Поручение наше должно быть исполнено в течение двух лун.

"eighth, during fee time the Man-Mountain must help our subjects in all construction and other work: to lift the heaviest stones during building of the wall of the main park, dig deep wells and moats, clear forests and prepare roads;
ninth, we assign the Man-Mountain to measure in steps our whole empire far and wide and having counted the number of steps to report about this to us and to our secretary of state. Our assigned task must be carried out in two moons.

Если Человек-Гора клянётся свято и неуклонно исполнять всё, чего мы требуем от него, мы обещаем даровать ему свободу, одевать и кормить его за счёт государственной казны, а также предоставить ему право лицезреть нашу высокую особу в дни празднеств и торжеств.

Дано в городе Мильдендо, во дворце Бельфабораке, в двенадцатый день девяносто первой луны нашего славного царствования.

Гольбасто Момарен Эвлем Гердайло Шефин Молли Олли Гой,

ИМПЕРАТОР ЛИЛИПУТИИ".

Этот свиток привёз в замок Гулливера сам адмирал Скайреш Болголам.

If the Man-Mountain solemnly swears and without deviation does all that we demand of him we promise to give him [his] freedom, dress and feed him at the expense of the state treasury and also to offer him the right to behold our high personage in days of pomp and circumstance.
Given in the city of Mildendo, at the court Belfaborake, on the twelfth day of the ninety first moon of our glorious reign.
Golbasto Momaren Evlem Gerdailo Shefin Molli Olli Goi,
Emperor of Liliput"
Admiral Skairesh Bolgolam carried this scroll himself to Gulliver's castle.

Он велел Гулливеру сесть на землю и взяться левой рукой за правую ногу, а два пальца правой руки приставить ко лбу и к верхушке правого уха.

Так в Лилипутии клянутся в верности императору.

Адмирал громко и медленно прочёл Гулливеру все девять требований по порядку, а потом заставил повторить слово в слово такую клятву:

"Я, Человек-Гора, клянусь его величеству императору Гольбасто Момарен Эвлем Гердайло Шефин Молли Олли Гой, могущественному повелителю Лилипутии, свято и неуклонно исполнять всё, что будет угодно его лилипутскому величеству, и, не жалея жизни, защищать от врагов его славную страну на суше и на море".

He ordered Gulliver to sit on the ground and grasp his right leg with [his] left hand, and put two fingers of the right hand to [his] forehead and to the upper part of the right ear.
Thus in Liliput one swears loyalty to the emperor.
The admiral loudly and slowly read to Gulliver all nine demands in order, and then forced [him] to repeat word by word such an oath [as follows]:
"I, the Man-Mountain, swear to his majesty emperor Golbasto Momaren Evlem Gerdailo Shefin Molli Olli Goi, the most mighty commander of Liliput, solemnly and without deviation fulfill everything that is good for his Liliput majesty, and, without sparing life, defend from enemies his glorious country on land and on sea.

После этого кузнецы сняли с Гулливера цепи. Скайреш Болголам поздравил его и уехал в Мильдендо.

After this the blacksmiths removed the chains from Gulliver. Skairesh Bolgolam congratulated him and went off to Mildendo.


Глава 14

Как только Гулливер получил свободу, он попросил у императора позволения осмотреть город и побывать во дворце. много месяцев смотрел он на столицу издали, сидя на цепи у своего порога, хотя город и был всего в пятидесяти шагах от старого замка.

Разрешение было дано, но император взял с него обещание не поломать в городе ни одного дома, ни одной изгороди и не растоптать нечаянно кого-нибудь из горожан.

За два часа до прихода Гулливера двенадцать глашатаев обошли весь город. Шестеро трубили в трубы, а шестеро кричали:

Chapter 14
As soon as Gulliver received his freedom he requested permission from the emperor to examine the city and spend a little time in the court. For many months he had looked at the capital from afar, siting in chains at his doorstep, although the city was only fifty steps from the old castle.
Permission was given, but the emperor took from him a promise to smash not one house in the city, not one fence and not to trample accidentally one of the city dwellers.
For two hours before Gulliver's arrival twelve town criers went about the entire city. Six sounded their trumpets and six cried:

- Жители Мильдендо! По домам!

- Куинбус Флестрин, Человек-Гора, идёт в город!

- По домам, жители Мильдендо!

На всех углах расклеили воззвания, в которых было написано то же самое, что кричали глашатаи.

Кто не слышал, тот прочёл. Кто не прочёл, тот услышал.

Гулливер снял с себя кафтан, чтобы не повредить полами трубы и карнизы домов и не смести нечаянно на землю кого-нибудь из любопытных горожан. А это легко могло случиться, потому что сотни и даже тысячи лилипутов взобрались на крыши ради такого удивительного зрелища.

"Residents of Mildendo! To [your] homes!"
"Kuinbus Flestrin, the Man-Mountain comes to the city!"
"To [your] homes, residents of Mildendo!"
In all corners appeals were posted on which was written the same thing that the town criers were shouting.
Anyone who did not hear did read. Anyone not reading did hear.
Gulliver took off his caftan so as not to damage with the brim the pipes and cornices of the houses and not accidentally knock down onto the ground any of the curious city dwellers. But this could easily happen because hundreds and yes thousands of Liliput people climbed up onto the roofs for such an amazing spectacle.

В одном кожаном жилете подошёл Гулливер к городским воротам.

Всю столицу Мильдендо окружали старинные стены. Стены были такие толстые и широкие, что по ним свободно могла проехать лилипутская карета, запряжённая парой лошадей.

По углам возвышались остроконечные башни. Гулливер перешагнул через большие западные ворота и очень осторожно, боком, прошёлся по главным улицам.

В переулки и маленькие улочки он и не пытался заходить: они были такие узенькие, что Гулливер опасался застрять между домами.

In a leather vest Gulliver approached the city gates.
Old walls surrounded the entire capital Mildendo. The walls were so thick and wide that along them Liliput carts hitched up to a pair of horses could travel freely.
In the corners sharp edge towers rose.
Gulliver stepped across the large West gate and very carefully sideways proceeded along the main streets.
He did not try to go into side streets and small alleys. They were so narrow that Gulliver feared getting stuck between houses.

Почти все дома в Мильдендо были в три этажа.

Проходя по улицам, Гулливер то и дело наклонялся и заглядывал в окна верхних этажей.

В одном окне он увидел повара в белом колпачке. Повар ловко ощипывал не то жучка, не то муху.

Приглядевшись, Гулливер понял, что это была индейка.

Возле другого окна сидела портниха и держала на коленях работу. По движениям её рук Гулливер догадался, что она вдевает нитку в игольное ушко. Но иголку и нитку разглядеть нельзя было, такие они были маленькие и тоненькие.

Almost all houses in Mildendo were of three floors.
While proceeding along the streets Gulliver continually bent and glanced into the windows of the upper floors.
In one window he saw a cook in a white cap. The cook adroitly picked beetles and flies.
Looking in Gulliver realized that it was a turkey.
Along side the other window sat a dressmaker and held work on [her] knees. According to the movements of her hands Gulliver guessed that she was threading a needle. But the needle and thread were impossible to discern, they were too small and fine.

В школе дети сидели на скамейках и писали. Они писали не так, как мы - слева направо, не так, как арабы - справа налево, не так, как китайцы - сверху вниз, а по-лилипутски - вкось, от одного угла к другому.

Шагнув ещё раза три, Гулливер очутился около императорского дворца.

Дворец, окружённый двойной стеной, находился в самой середине Мильдендо.

Через первую стену Гулливер перешагнул, а через вторую не мог: Эта стена была украшена высокими резными башенками, и Гулливер побоялся их разрушить.

In the school children were sitting on benches and were writing. They were writing not like we do - from left to right, not like Arabs - from right to left, not like Chinese - from top downwards, but like Liliput - at an angle, from one corner to another.
Going three more steps Gulliver found himself near the imperial court.
The court, surrounded by a double wall, was located in the very middle of Mildendo.
Gulliver stepped across the first wall, but could not across the second; this wall was decorated with high carved towers and Gulliver was afraid of demolishing them.

Он остановился между двумя стенами и стал думать, как ему быть. Во дворце его ждёт сам император, а он не может туда пробраться. Что же делать?

Гулливер вернулся к себе в замок, захватил две табуретки и опять пошёл ко дворцу.

Подойдя к наружной стене дворца, он поставил одну табуретку посреди улицы и стал на неё обеими ногами.

Вторую табуретку он поднял над крышами и осторожно опустил за внутреннюю стену, прямо в дворцовый парк.

После этого он легко перешагнул через обе стены - с табуретки на табуретку, - не сломав ни одной башенки.

He stopped between two walls and began to think what he was in for. In the court the emperor himself awaited him and he could not get through to that place. What [was he} to do?
Gulliver returned to his castle, grabbed two stools and again set out for the court.
Coming to the outer wall of the court he placed one stool in the middle of the street and stood on it with both feet.
He raised the second stool over the roofs and carefully lowered it behind the inner wall, directly into the court's park.
After this he easily stepped over booth walls - from stool to stool, - without breaking one tower.

Переставляя табуретки всё дальше и дальше, Гулливер добрался по. ним до покоев его величества.

Император держал в это время со своими министрами военный совет. Увидев Гулливера, он приказал открыть окно пошире.

Войти в залу совета Гулливер, конечно, не мог. Он улёгся во дворе и приставил ухо к окошку.

Министры рассуждали, когда выгоднее начать войну с враждебной империей Блефуску.

Адмирал Скайреш Болголам поднялся со своего кресла и доложил, что неприятельский флот стоит на рейде и, очевидно, ждёт только попутного ветра, чтобы напасть на Лилипутию.

Placing the stools further and further Gulliver along them reached the chambers of his majesty.
At that time the emperor was holding a war council with his ministers. Seeing Gulliver he ordered the window to be opened a little wider.
Of course Gulliver could not get into the council hall. He lay down in the court and put [his] ear to the window.
The ministers were discussing when it would be advantageous to start a war with the hostile empire of Blefusku.
Admiral Skairesh Bolgolam rose from his chair and reported that the enemy fleet stood at anchor and obviously waited only for tailwind in order to attack Liliput.

Тут Гулливер не утерпел и перебил Болголама. Он спросил у императора и министров, из-за чего, собственно, собираются воевать два столь великих и славных государства.

С разрешения императора, государственный секретарь Рельдрессель ответил на вопрос Гулливера.

Дело обстояло так.

Сто лет тому назад дед нынешнего императора, в те времена ещё наследный принц, за завтраком разбил яйцо с тупого конца и скорлупой порезал себе палец.

At this point Gulliver could not hold back and interrupted BolgolamZ He asked the emperor and the ministers for what reason actually are two so great and glorious states about to wage war.
With the permission of the emperor the secretary of state Reldressel answered Gulliver's question.
It stood this way.
A hundred years ago the grandfather of the present emperor in those times still the crown prince, at breakfast brok an egg on the dull end and the shell cut his finger.

Тогда император, отец раненого принца и прадедушка нынешнего императора, издал указ, в котором запретил жителям Лилипутии под страхом смертной казни разбивать варёные яйца с тупого конца.

С того времени всё население Лилипутии разделилось на два лагеря - тупоконечников и остроконечников.

Тупоконечники не захотели подчиниться указу императора и бежали за море, в соседнюю империю Блефуску.

Лилипутский император потребовал, чтобы блефускуанский император казнил беглых тупоконечников.

Then the emperor, father of the wounded prince and great grandfather of the present emperor, gave an edit in which the inhabitants of Liliput were forbidden under pain of death to break a boiled egg on the dull end.
From that time on all the population of Liliput were divided into two camps - the dull enders and the sharp enders
The dull enders did not want to submit to the emperor's edit and fled overseas, into the neighboring empire of Blefusku.
The Liliiput emperor demanded that the Blefuskemperor execute the fugitive dull enders.

Однако император Блефуску не только не казнил их, но даже взял к себе на службу.

С тех пор между Лилипутией и Блефуску идёт непрерывная война.

- И вот наш могущественный император Гольбасто Момарен Эвлем Гердайло Шефин Молли Олли Гой просит у вас, Человек-Гора, помощи и союза, - так закончил свою речь секретарь Рельдрессель.

Гулливеру было непонятно, как это можно воевать из-за выеденного яйца, но он только что дал клятву и готов был её исполнить.

However, the emperor of Blefusku not only not execute them but even took them into his service.
Since then a continuous war went on between Liliput and Blefusku.
"And now our most mighty emperor Golbasto Momaren Evlem Gerdailo Shefin Molli Olli Goi asks you, Man-Mountain, for help and union, - thus the secretary Reldressel ended his speech.
Gulliver could not comprehend how it was possible to fight over a small matter, but he just now gave an oath and was ready to fulfill it.


Глава 15

Блефуску - это остров, отделённый от Лилипутии довольно широким проливом.

Гулливер ещё не видел острова Блефуску. После военного совета он отправился на берег, спрятался за бугорком и, вынув из потайного кармана подзорную трубу, стал рассматривать неприятельский флот.

Оказалось, что у блефускуанцев ровно пятьдесят военных кораблей, остальные суда -транспортные.

Гулливер отполз от бугорка подальше, чтобы с блефускуанского берега его не заметили, стал на ноги и отправился во дворец к императору.

Chapter 15
Blefusku is an island separated from Liliput by a rather wide channel.
Gulliver has not yet seen the island Blefusku. After the council of war he set out on the shore, concealed behind a small hill, and having drawn from a secret pocket the spyglass began to examine the enemy fleet.
It turned out that the Blefusku people had exactly fifty war ships, the remaining ships were transports.
Gulliver crawled a little further from the small hill in order that the would not be noticed from the Blefusku shore, [he] stood on [his] feet and set out for the castle to the emperor.

Там он попросил, чтобы ему вернули из арсенала нож и доставили побольше самых прочных верёвок и самых толстых железных палок.

Через час возчики привезли канат толщиной с нашу бечёвку и железные палки, похожие на вязальные спицы.

Гулливер всю ночь просидел перед своим замком - гнул из железных спиц крючки и сплетал по дюжине верёвок вместе. К утру у него были готовы пятьдесят прочных канатов с пятьюдесятью крючками на концах.

Перекинув канаты через плечо, Гулливер пошёл на берег. Он снял кафтан, башмаки, чулки и шагнул в воду. Сначала он шёл вброд, потом на середине пролива поплыл, потом опять пошёл вброд.

There he asked that they return from the arsenal [his] knife and deliver some more some stout rope and the thickest iron sticks.
In an hour the carriers brought a cable with a thickness of our twine, and iron sticks similar to knitting needles.
Gulliver sat though the entire night before his castle - bent hooks from the knitting needles and wove together a dozen each of ropes. By morning he had ready fifty stout cables with fifty hooks on the ends.
Throwing the cables over [his] shoulder Gulliver went out onto the shore. He removed [his] jacket, boots, socks and stepped into the water. At first he waded, then in the middle of the channel he swam and then again waded.

Меньше чем через полчаса Гулливер добрался до блефускуанского флота.

- Плавучий остров! Плавучий остров! - закричали матросы, увидев в воде огромные плечи и голову Гулливера.

Он протянул к ним руки, и матросы, не помня себя от страха, стали бросаться с бортов в море. Как лягушки, шлёпались они в воду и плыли к своему берегу.

Гулливер снял с плеча связку канатов, зацепил все носы боевых кораблей крючками, а концы канатов связал в один узел.

In less than half an hour Gulliver reached the Blefusku fleet.
"A floating island! A floating island!" shouted sailors upon seeing in the water Gulliver's huge shoulders and head.
He pulled to his arms, and the sailors, beside themselves from terror, began to throw themselves from the ship into the sea. Like frogs, they thrashed about in the water and swam toward their shore.
Gulliver took from [his] shoulder the bunch of cables, fasten all the bows of the war ships with the hooks, and the ends of the cables he tied into one knot.

Тут только блефускуанцы поняли, что Гулливер собирается увести их флот.

Тридцать тысяч солдат разом натянули тетивы своих луков и пустили в Гулливера тридцать тысяч стрел. Больше двухсот угодило ему в лицо.

Плохо пришлось бы Гулливеру, если бы у него в потайном кармане не оказалось очков. Он быстро надел их и спас от стрел глаза.

Стрелы стукались о стёкла очков. Они вонзались ему в щёки, в лоб, в подбородок, но Гулливеру было не до того. Он изо всех сил дёргал канаты, упирался в дно ногами, а блефускуанские корабли не трогались с места.

Only at this point did the Blefusku people understand that Gulliver was about to take away their fleet.
Thirty thousand soldiers at the same time drew their bowstrings and let loose thirty thousand arrows at Gulliver. More than two hundred got him in the face.
It would befall Gulliver badly if his glasses were not in the secret pocket. He quickly put them on and saved [his] eyes from the arrows.
Arrows knocked against the glass of the eyeglasses. They stabbed him in the cheeks, in the forehead, in the chin, but Gulliver ignored [them]. With all his strength he pulled the cables, placed [his] feet in the bottom, but the Blefusku ships did not move from [their] places.

Наконец Гулливер понял, в чём дело. Он достал из кармана нож и по очереди перерезал якорные канаты, державшие на причале корабли.

Когда последний канат был перерезан, корабли закачались на воде и все как один двинулись за Гулливером к берегам Лилипутки.

Всё дальше уходил Гулливер, и вслед за ним уплывали блефускуанские корабли и блефускуанская слава.

Finally Gulliver realized what was the matter. He got a knife from [his] pocket and in tern cut the anchor cables that were holding the ships at the pier.
When the last cable was cut the ships bobbed in the water and all as one did move after Gulliver toward the shores of Liliput.
Gulliver went away further and further, and after him floated away the Blefusku ships and the Blefusku honor.


Глава 16

Император Лилипутии и весь его двор стояли на берегу и смотрели в ту сторону, куда уплыл Гулливер.

Вдруг они увидели вдалеке корабли, которые двигались к Лилипутии широким полумесяцем. Самого Гулливера они не могли разглядеть, потому что он до ушей погрузился в воду.

Лилипуты не ожидали прихода неприятельского флота.

Они были уверены, что Человек-Гора уничтожит его прежде, чем корабли снимутся с якорей. А между тем флот в полном боевом порядке направлялся к стенам Мильдендо.

Chapter 16
The emperor of Liliput and all his court stood on the shore and looked in that direction in which Gulliver had swam away.
Suddenly they saw in the distance ships which were moving toward Liliput in [the light of] a half moon. They could not discern Gulliver himself because he was immersed in water up to [his] ears.
Liliput was not expecting the arrival of the enemy fleet.
They were certain that the Man-Mountain would destroy it before the ships could weigh anchor. But in the meantime the fleet in full battle condition was headed toward the walls of Mildendo.

Император приказал трубить сбор всех войск.

Гулливер издалека услышал звуки труб. Он поднял повыше концы канатов, которые держал в руке, и громко закричал:

- Да здравствует могущественнейший император Лилипутии!

На берегу стало тихо - так тихо, словно все лилипуты онемели от удивления и радости.

Гулливер слышал только журчанье воды да лёгкий шум попутного ветра, раздувающего паруса блефускуанских кораблей.

И вдруг тысячи шляп, колпачков и шапок разом взлетели над набережной Мильдендо.

The emperor gave the order to sound the assembling of all [his] troops.
From afar Gulliver heard the sounds of the trumpets. He raised a little higher the ends of the cables which [he] held in [his] hand and shouted loudly:
"Long live the mightiest emperor of Liliput!"
It became quiet on the shore, so quiet as if all Liliput people were [struck] dumb from amazement and joy.
Gulliver heard only the babbling of the water and the light noise of tailwind which was filling the sails of the Blefusku ships.
And suddenly thousands of hats, pointed caps and caps all at once flew over the shore of Mildendo.

- Да здравствует Куинбус Флестрин! Да здравствует наш славный избавитель! - закричали лилипуты.

Как только Гулливер вышел на сушу, император приказал наградить его тремя цветными нитями - синей, красной и зелёной - и пожаловал ему титул "нардака" - самый высокий во всей империи.

Это была неслыханная награда. Придворные бросились поздравлять Гулливера.

Только адмирал Скайреш Болголам, у которого была всего одна нитка - зелёная, отошёл в сторону и не сказал Гулливеру ни слова.

"Long live Kuinbus Flestrin! Long live our glorious savior," shouted the Liliput people.
As soon as Gulliver came out onto dry land the emperor gave an order to award him three colored threads, blue, red and green, and bestowed [upon] him the title of "nardaka", the highest in all the empire.
This was an unheard of reward. Courtiers hurried to congratulate Gulliver.
Only admiral Skairesh Bolgolam who had only one thread - green, went aside and said not a word to Gulliver.

Гулливер поклонился императору и надел все цветные нитки на средний палец: подпоясаться ими, как делают лилипутские министры, он не мог.

В этот день во дворце был устроен в честь Гулливера пышный праздник. Все танцевали в залах, а Гулливер лежал во дворе и, опершись на локоть, смотрел в окно.

Gulliver bowed to the emperor and put onto his middle finger all the colored threads; he could not tie it around [his] waist like the Liliput ministers did.
On that day in the court there was arranged in Gulliver's honor a sumptuous banquet. Everyone was dancing in the halls, and Gulliver was lying in the court and leaning on an elbow looked in one window.
GUL1 goto section C