---

Нет сильнее силы, чем доброе человеческое слово. - Е. А. Пермяк

---

               ОБМАН

За цепь жемчужную, достойную плеча
И шеи царственной, в восторге Фаустина
    Серебрянику Каю сгоряча
    Дала мильон сестерций!.. Два рубина,
Как будто в тот же миг окрашены в крови,
Смыкали эту цепь наперсную любви...
Но старый казначей был знатоком отменным
    И жемчугу и камням драгоценным.
    "Императрица, если ты велишь,
Я отпущу мильон сестерций негодяю,
    Но негодяй он - истинно я знаю:
Все ожерелие - подложное... Гони ж
Его скорее прочь, а кесарю ни слова",-
Промолвил казначей.
                  Да кесаря другого,
    Дослышливей, чем кесарь Галлиен,
И не было тогда, и нет теперь такого:
Все - уши у него, от потолка до стен.
    И услыхал... Сенатским приговором
    Объявлен Кай мошенником и вором
И к цирку присужден, на растерзанье львам,
И кесарь приговор скрепил законно сам...

Обрадовался Рим!.. Давно уже граждане
Квиритской кровию не тешили свой взор,
И не забавен был им смертный приговор;
    Все варвары одни, да христиане,
    Кто с гордою улыбкой, кто с мольбой,
Встречали в цирке смерть и с ней вступали
                                 в бой...

Но вот согражданин, с всемирными правами,
Погибнуть обречен под львиными когтями!..
        Какой нежданный случай! В Колизей
    С утра все выходы и входы осаждала
    Несметная толпа, и не ждалося ей,
    И вся она волной прибойной грохотала...
    Но двери отперлись, и шумная толпа,
        Сама  собой оглушена, слепа,
    Снизалась в нить голов на мраморных ступенях
    Амфитеатра...
                Вот на сглаженном песке,
        В предчувствии последних мук, в тоске,
Стоит преступник сам на трепетных коленях.
Последней бледностью оделося чело,
Последняя слеза повисла на реснице,
И Феб над ним летит, как будто бы назло,
В своей сверкающей всей жизнью колеснице.
        Ждут  кесаря... И в ложу он вошел,
И Фаустина с ним, в глазах ее томленье
И тайная мольба; но римский произвол,
     Казня, не миловал... Еще одно мгновенье -
     И дрогнул цирк, и,заскрипев,снялась
     С заржавленных петлей железная решетка,
          И на арену вылетел-каплун...
     О!.. Если б Зевс сломил свой пламенный перун
     Иль потонула бы хароновокая лодка,
     Навряд ли были б так сотрясены сердца
          Всех зрителей с конца и до конца,
     И не были бы так изумлены и жалки
     Отцы-сенаторы, фламины и весталки
     С опущенным перстом...1

                      "Все в жизни - прах и тлен,
      Отцы-сенаторы! - промолвил Галлиен,
      Зевнув и выходя с супругою из ложи. -
      Он обманул,- ну вот и сам обманут тоже".

1 июля 1861

________
1 Фламины - верховные жрецы - и весталки осуждали В
      цирке на казнь, опуская лишь большой палец.