У многих людей сочинение стихов - это болезнь роста ума. - Г. Лихтенберг


             23

Совсем иным  его видали
С девоткой строгой и сухой
И с резвой, свежей, молодой,
Еще  не ведавшей печали
Благоухающей  душой.
Любовью  пламенной и томной,
И с маской чуть ли не святой,
И речью  тихою и скромной
Ловил он первую; . . . . .
. . . . . . . . . . . . . . .
. . . . . . . . . . . . . . .
Но  был с другою он другой:
Он  с ней свободно обращался,
Брал на  руки, как пожилой,
Над  ней, как над дитей, смеялся,
И  постепенно, день от дня,
Вливал  в нее струю огня.

             24

Взгляните: вот он, гордый, стройный,
Во  фраке английском своем,
Вполне  комфортном и простом,
С  физиономиею знойной,
С  бездонной пропастью очей,
Как  ночь таинственная, темных
И  полных пламенем  страстей,
С  его лениво-беззаботной
Походкой, с вечною хандрой
И  с речью вялой, неохотной,
Но  иронической и злой.
Взгляните: вот, толпу раздвинув,
Он  в угол устремил лорнет,
От  коего спасенья нет,
И,  взглядом масок рой окинув,
Уже  вдали узнал  одно
С  зеленой веткой домино.

             25

Подходит  он,- но как-то робко
И  странно руку подает
То  домино ему; идет
С ним неохотно и неловко,
А он свой беззаботный вид
Хранит по-прежнему; играя
Цепочкой, что-то говорит
Спокойно, строго, и, сгорая
Под маской злостью и стыдом,
Его молчать уж умоляют,
Но, с сожаленьем незнаком,
Он  тихо проповедь читает,
За сплетню сплетней платит злой
И дамы  маленькую  руку
Он  щиплет в кровь своей рукой.
Потом, окончив эту муку,
Уходит, поклонившись ей,
Влюбленной  спутнице своей.

             26

Идет он дальше... Писком шумным
Знакомых  масок окружен,
Болтаньем их неостроумным
И  сплетнями скучает он.
Уже  зевать он начинает,
Готов отправиться домой,
Но  вот одно его рукой
Из  домино овладевает.
Он  смотрит долго - кто оно,
Таинственное домино?
И  видит только, из-под маски
Блестят полуденные  глазки.
Она  воздушна и мала,
Ее  рука бледна, бела,
И  кончик ножки  из-под платья -
Из  общих дамских ног изъятье.
И  должен он сознаться в том,
Что  с нею вовсе незнаком.

             27

Была  пора - и я когда-то
Любил  безумно маскарад...
Годам  минувшим  нет возврата,
Но  память их будить я рад.
И  снова вы передо мною,
С  своей живою красотою,
Царица  масок, пронеслись!..
В ушах  как будто раздались
И ваша  речь, и смех ваш звонкой,
И остроумно-милый  вздор,
Блестящий, светский разговор
И прелесть шутки  вашей тонкой.
Философ  jusqu'au bout de doigts,1
Как вы  меня назвали сами,
Заветы мудрости едва
Не  забывал я вовсе с вами,
Чуть не терял я головы,
Когда шутили  только вы!..

             28

Но  я увлекся... О герое
Я  позабыл моем. Идут
Они  давно уж вместе двое
И  разговор живой ведут;
Но, равнодушный  постоянно
И  вечно дерзкий, мой герой,
Сергей Петрович Моровой,
Невольно  ожил как-то странно,
И  маски лепет внемлет он
С  живым  участьем... Неужели
Он  также может быть влюблен?
О  нет, о нет - но, в самом деле,
Полузагадочная речь
И  тон таинственный намека
Опять  могли его увлечь
К  тому, что уж давно далеко,
К  его забытым юным  дням,
К  его любви, к его мечтам...

             29

И тщетно он припоминает
Событий прошлых длинный  ряд,-
Так много их! Но озаряет
Его одно - и странный хлад
При мысли той бежит невольно
По телу... судорожно ей
Жмет руку он рукой своей
И, кажется, довольно больно;
Но так же  весело она
Хохочет, та же речь живая
В устах, то страстная, то злая...
Она причудливо-странна,
И, околдован обаяньем,
Ей молча  внемлет Моровой,
И вновь  уносится душой
К своим  былым воспоминаньям.
Но вот из рук его, змеей
Скользнувши  к домино другой,

             30

Она исчезла... Изумленный
Остался он; за нею вслед,
Встревоженный, почти смущенный,
Идти он хочет; но лорнет
В углы  он тщетно направляет,-
Она исчезла, словно сон...
И сам  он плохо доверяет
Тому, что здесь не грезит он.
Как? неужели  это снова
Она, погибшая давно?..
То не она... твердит одно
Ему рассудок, но готово
Поверить сердце даже в вздор...
Но этот лепет, этот взор,
Как пламя  яркий, долгий, нежный,
Но этот страстный и мятежный,
Причудливый  и злой язык?..
Он знает их... он к ним привык!

             31

Пред ним  опять старинной сказки,
Волшебной  сказки вьется нить,
Опять ребяческие ласки
В лобзанья страсти обратить
Он жаждет... Пылкий  и богатый,
Препятствий он не хочет знать.
Но не объятия  разврата
Он ищет  златом покупать.
Нет! Вызывать  в душе невинной
Потребность жить, любить, страдать -
Вот цель его... И в вечер длинный,
Когда заснет старушка мать,
Он начинает понемногу
Змеиной хитростью  речей
В душе  неопытной страстей
Будить безумную  тревогу
И краску первого стыда
Сгонять лобзаньями тогда.

             32

Ее ланиты  рдеют жаром,
Она дрожит  в его руках,
Опалена страстей пожаром,
И  сердце ей стесняет страх.
Но равнодушно  перед нею
Он держит  зеркало... Она
Взглянуть боится... сожжена
Стыдом  и страстию своею...
Но он  спокоен, он глядит
Ей прямо  в очи, говорит
Свободно... Жарко ей, неловко,
И  темно-русая головка
На грудь склоняется к нему...
Прерывисто  ее дыханье,
И  внятен страстный вздох ему,
И  жарких персей колыханье -
. . . . . . . . . . . . . . .
. . . . . . . . . . . . . . .

             33

И  что ж потом? Увы! укором
Встает прошедшее  пред ним,-
Ребенка грустным, скорбным взором,
Старухи камнем  гробовым...
Поражена  стыдом разврата,
Ребенок бедный, умерла
Или  исчезла ты куда-то?
А  он! Ужели ты была
Одною  искреннею страстью
В  эгоистически-сухой
И  пресыщением  больной
Душе  его? Ужели  счастью
С  тобой одною верил он?
И вот опять твой детский лепет
Услышан  им - и пробужден
В его душе бывалый трепет.
Но ты ли точно? Иль обман
Ему на миг судьбою дан?

________
1 до кончика ногтей (фр.).

[Далее] [Основное оглавление]

[English] [Russian TRANS | KOI8 | ALT | WIN | MAC | ISO5]
Домашняя страницаж ° Комментарии ° Книга гостей


©1996 "Друзья и Партнеры"
Наташа Булашова,Грег Коул

Updated: 2000-10-

Please write to us with your comments and suggestions.


F&P Quick Search






Основные разделы
Домашняя страница
Доска объявлений
Беседка
F&P Листсервер
Русская литература
Русская литература 20-го века

Русская литература 19-го века
Исторический обзор

Апухтин А.Н.
Баратынский Е.А.
Батюшков К.Н.
Бенедиктов В.Г.
Гребенка Е.П.
Грибоедов А.С.
Григорьев А.А.
Дельвиг А.А.
Жемчужников А.М.
Жуковский В.А.
Кольцов А.В.
Крылов И.А.
Кюхельбекер В.К.
Лермонтов М.Ю.
Майков А.Н.
Мей Л.А.
Некрасов Н.А.
Огарев Н.П.
Павлова К.К.
Плещеев А.Н.
Полонский Я.П.
Пушкин А.С.
Ростопчина Е.П.
Соловьев В.С.
Суриков И.З.
Толстой А.К.
Тютчев Ф.И.
Фет А.А.
Языков Н.М.